Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

Про зоны комфорта

Въелось в память эссе Анны Гранатовой "Карельские сосны" ("Север" № 05-06, стр. 155), хочу привести здесь особенно красивые выдержки из оного.

Природа полна аналогий с миром людей и философских символов.
Близорукие люди видят в ярких личностях опасность для общества, называют их белыми воронами, гадкими утятами. Но время доказывает, что лишь способность быть непохожими на других дает возможность оказаться на передовой и почти наверняка сделать оригинальный вклад в культуру, искусство, науку. Только яркие личности способны принести реальную пользу человеческой цивилизации, изменить мир к лучшему.
Опасайтесь слушать малодушных. К ним следует быть добрыми, к ним требуется проявлять жалость и сострадание, но только ни в коем случае нельзя им доверять и прислушиваться к их советам. Они будут стремиться опустить вас до своего страдальческого и беспомощного уровня жизненных мыканий. Им хочется осознавать, что не только они погружены в страдания, придающие их суетливой жизни глубокий смысл в собственных глазах, едва ли не миссию Христа, идущего на Голгофу!
Эти безвольные неудачники, лишенные способности мыслить, культивируют в себе выживание вместо жизни, зависть вместо уважения, чувство собственной неполноценности вместо благородного восхищения другими, месть вместо великодушного прощения.
Мир лишен для таких людей красок.
Те, кто достиг процветания, кто дышит полной грудью, слепят им глаза. Таких они готовы убить, лишь бы не видеть этого сверкания, стремясь окружить себя бесконечной трясиной, с туманом и влажными дождями, без солнца и свежего ветра.
ли в полной мере для мира людей метафора горной и болотных сосен? Дикая сосна подчинена природному инстинкту, она лишена нервной системы и не способна мыслить. И то, что для дерева – простой и естественный процесс, человек возвеличивает в философию аскезы. Мы приписываем дереву то, что ему не свойственно, и находим сакральные смыслы там, где их нет. Дерево не способно перешагнуть порог инстинкта, выйти за рамки генетической программы.
Человек – может.
Человек обязан нарушать границу природных инстинктов, если он хочет быть счастлив. У природы нет программы счастья, а лишь алгоритм естественного отбора. Вдохновленный корявыми горными соснами, выжившими вопреки стихиям, человек возьмет лишь эту программу борьбы. Эстетика японской шелкографии и акварели, силуэт корявого дерева, впившегося жилистыми корнями в иссушенный ветром камень, ограничены самурайской философией. Горные сосны на японских миниатюрах оживляют своими зелеными ветками мертвые скалы, но сами при этом не живут, а лишь выживают.
А человек создан для счастья и радости. Преодолев стихию, поднявшись во весь рост над скалой, следует распрямить свои ветви, раскрыть их навстречу солнцу и процветанию. Следует забыть годы тяжких лишений и пустить вслед за мощной корневой системой молодые ветви и покрыться благоухающими цветами.
Надо забыть годы тяжких самоограничений и, окружив себя ореолом волшебных цветочных ароматов, украсить свои ветви гирляндами сочных плодов.
Но сосна не способна цвети, подобно розам, сирени, жасмину, магнолии. Горная сосна не умеет плодоносить, как яблоня, груша, слива, гранат, манго, персик. Ее твердые, словно черепаховый панцирь, шишки жестки, несочны, невкусны.
Однако, для того чтобы перейти от выживания к процветанию, следует пойти на риск. Отказаться от такой ценности, как стабильность и постоянство, – непростая жертва!
Так, многих из нас засасывает трясина.
Сила дикой горной сосны на скале – в ее гибкой способности приспосабливаться к постоянным переменам, когда ее ежедневно то хлещет дождь, то гнет ветер, то иссушает солнце и она вынуждена, имея опору лишь в одной самой себе, привыкать к ситуации постоянного риска и эти ежедневные риски превращать в опьяняющий стиль своей жизни превосходства над пропастью. На человеческом языке подобное именуется азартом, адреналином, драйвом, куражом. Там, где постоянство для лесных сосен проявляется в рутине и депрессивном однообразии, для горной сосны постоянство – в ежедневной новизне и свежести впечатлений.
Это и есть творчество.
Это – возможность жить полной жизнью.
А иногда мы так боимся расстаться с гордым званием выжившего, что пора сочных плодов и вовсе становится недоступной. Как-никак, а «выживший в тяжкой борьбе» – это звание, титул и знак отличия. Это доблесть и достижение, которыми можно гордиться, и мы носимся с этой незримой медалью «выжившего бойца», даже когда уже следует думать о новых горизонтах будущего.
Культ вечной аскезы, самурайской стойкости создает настрой ума, который нас ставит в определенные рамки. Выстраивание своей самобытности на подвигах, утратах, победах в схватке со стихией, борьбе не на жизнь, а на смерть, и прочему, что способствовало трудным временам, делает нас крепкими, как сосновые корневища. Но именно это и становится для нас препятствием к процветанию и неосознанно продолжает нас тянуть в прежний стиль – выживания, подобно тому, как горная сосна навсегда приросла к одной-единственной каменистой глыбе.
Для природы, подчиненной инстинктам, не существует творческого вдохновения, полета мысли. Свое развитие она находит лишь в физиологическом продолжении рода, в потомстве существ, обладающих тем же самым генетическим кодом и точно так же лишенных способности мыслить и чувствовать счастье.
У человека – иначе. Наше сознание способно создавать параллельные миры и обретать радость познания и творения в произведениях искусства и литературы. Радость творчества свойственна только людям. И потому столь важно не только выжить, но и раскрыться в своем творческом потенциале, оставить после себя духовное детище.
На первую, природную, ступеньку – оставить биологическое потомство – поднимаемся практически мы все, но вот духовное дитя способны создать немногие. Однако именно это дело избранных и способно изменить мир к лучшему и дать опору в жизни другим людям, а не только самим себе.
И когда перед твоим мысленным взором предстают эти сменяющие друг друга радужные ландшафты, ты понимаешь, что твой черно-белый мир городского муравейника – маленький и ущербный и его легко может пошатнуть и разрушить любая мелкая неприятность. А когда ты раздвигаешь свое сознание до масштабов вселенной, то прежние кухонные горести теряют всю свою значимость.
Наш мир – зеркало наших мыслей и архетипов, что мы держим в своей образной памяти. Быть горной сосной или же деревом на болотной топи, японской цветущей сакурой или каким-то другим природным созданием – мы сами выбираем эти идеалы, определяя тем самым свой образ жизни, перспективы и счастье. Болото или горы, тайга или альпийский луг – каждая из систем координат выбрана нами, и мы вольны ее поменять, желая гармонии, новизны, радости.
Процветание, а не просто выживание – вот то право, что все мы получаем, едва родившись на свет. Реализуем его мы или нет? Это наш выбор.
Уверена, что внутри каждого из нас случались уколы зависти, хоть бы мы и отпирались на словах, мол-де, не понимаю завистников и никогда не завидовал. Кто-то чего-то добился, кто-то куда-то поехал, кто-то дом или квартиру купил, кто-то не побоялся и пересёк Атлантику...

Выбрали путь наименьшего сопротивления, в котором максимально комфортно, но при этом ничего грандиозного не происходит? нет больших волнений и трудностей, но ведь нет и больших побед. Тогда существование будет комфортным, но вряд ли очень успешным. Отсюда мораль: нужно определиться и иметь твёрдую внутреннюю позицию: либо вырабатываешь иммунитет к подобным рассказам, либо осознаешь масштаб трагедии и потихоньку выползаешь из раковины.

Ещё очень угнетают жалобы типа: да вот пришли, да стали шушукаться, да такие мерзкие аж находиться рядом противно и уйти хочется. Это как раз и говорит о той раковине, в которую хочется убежать. Причина – отсутствие внутреннего иммунитета, привычки к таким людям, то бишь налицо нетерпимость к иной человеческой природе. Ещё более глубокая причина – одинокость и одиночество, редкое общение с людьми, непривычка взаимодействовать с людьми разными – простыми и прямыми, хитрыми и скользкими, молчунами и тараторками. Попытайтесь сами себе объяснить подобные случаи не с позиции обвинения другого, что пришёл и доставляет Твоему Величеству дискомфорт, а отчего именно этот человек дискомфорт наводит в твоей раковине. И если с этим надо что-то делать, то будь мужиком блеать начни и делай :-D

Спаситель? Жертва? Палач?

У каждого из нас случается так, что в забегах на длинные жизненные дистанции, среди круговорота потребления и купи-продай наступает такой день, когда что-то принудительно останавливает, выдёргивает из привычной суеты и заставляет оглядеться вокруг. Задать себе несколько вопросов, наподобие: кто я, зачем живу, чем дорожу, что имею, что несу людям, какая польза от меня, счастлив ли я… Наверняка тому предшествует ощущение внутреннего дисбаланса, тревоги или пустоты, с каждым днём всё сильнее гнетущей. И чтобы не думать об этом нарастающем сигналящем чувстве, ты начинаешь бежать ещё быстрее, не к тому, не туда, а то и вовсе скатываешься в пагубные привычки, подрываешь здоровье. Градус крепчает, а на душе всё поганее. Алкоголь, никотин, случайные связи, побег от самого себя даёт лишь кратковременное облегчение. А в итоге остаёшься наедине с собой, со своим внутренним миром и ощущением, что ты как белка в колесе так и эдак. Но ты не счастлив. Всё хорошо, но что-то не так. Многих пугает знакомство с самим собой. Кто-то вообще даже не догадывается, что с собой можно познакомиться, покопаться и поискать в себе причину неудач или моральных падений. Те, кто боится задавать себе вопросы, начинает бесцельно растрачивать свою жизнь: скупка барахла, окружение себя вещами (дабы в имении их показать свою значимость), навязывание своих добрых дел другому и обида на того другого за неприятие добра. И год за годом совершаются одни и те же ошибки, раз за разом ничего не меняется. И первый шаг – отметить про себя, что всё повторяется заново. И это поведение уже давало сбои, а значит сбой произойдёт снова. Что не так? Ведь я же такой хороший, столько добра делаю, помогаю и помогать желаю людям. И циклично что-то не так. Человек оказывается в треугольнике. Треугольник Карпмана, когда тому, кто в этом треугольнике, необходимо ощущать себя одним из трёх углов: спаситель, жертва, палач. ТО есть, если ты такой хороший – ты спаситель. Но твоя помощь другими не принимается, ты обижен – ты жертва. Для тех, кому ты навязываешь своё добро, ты палач. И роль меняется в зависимости от угла обзора. Самооправданием для самого себя мы примеряем себе роль спасителя, но не признаёмся, что это нужно только нам. Спасаем другого, спасая самих себя: от одиночества, от чувства вины за прошлые поступки, от боязни не понравиться… А в знак подтверждения мы ожидаем (а порой требуем) признания, признательности, благодарности, теплоты, доверия, убеждённости во взаимопомощи… Чувство что «что-то не так», мною описанное в самом начале этой статьи, как раз и сигнализирует о том, что идущая от тебя доброта изначально была корыстна. В этом никто даже сам себе не признается, это всё в подсознании, ибо мы ожидали результата – отношения, дружба, чувство собственной нужности, чувство удовлетворения (от того, что ты помог кому-то и ему хорошо). Но со временем нет ощущения радости, спокойствия и гармонии от содеянного. Потому что ты сам не желал быть милосердным и понимающим для кого-то. Ты желал собственной внутренней уверенности, что ты смог, не бросил, помог, поддержал и именно ты настоящий добрый человек. И тебя распирает от собственной значимости в собственных глазах. Пересмотрите свою жизнь, окунитесь в воспоминания и прошлые отношения с людьми. Не гложет ли вас чувство вины от того, что вы когда-то что-то не сделали, не смогли, ушли, сломались? Если да и если к настоящему моменту вас распирает от маниакального чувства помогать людям, то это и есть та необходимость компенсировать некий комплекс вины.

Замечу, что вышеназванными синдромами пустоты не страдают искренние и бескорыстные люди. Именно они не ждут ничего взамен от своей помощи. И именно они, как правило, не вмешиваются, не навязывают свою добродетель, а сохраняют трезвость ума, безэмоциональную холодность. Они не бросаются утешать, они не добивают если и без того плохо, они не осуждают. Они нейтральны.

В случае тянущегося комплекса – движущие силы добродетели корыстны, а значит на выходе имеем результат внутренней дисгармонии. Тебя не понимают, почему ты так носишься и нянчишься. Ты не понимаешь, почему не наступает внутренняя гармония, а потому начинаешь носиться всё сильнее и всё больше. При этом затрачиваются колоссальные силы как физические, так и моральные. Но ты опустошен. И ты ищешь источник для сил. Сначала это люди, а они всё больше опустошают. Голова раскалывается от мыслей. Чтобы расслабиться – ищешь утешение в спиртном, психологическую поддержку и ощущение не-одиночества в сигарете, заряд бодрости в кофеине и энергетиках… И всё бежишь, бежишь, бежишь… А остаться наедине с самим собой боишься. И в особых крайних случаях тебя останавливает твой же организм. Он как часть единого целого ТЕБЯ сигнализирует ТЕБЕ: «Стоп! Хватит!» Как правило, человек заболевает. От суеты, опустошенности, вредных привычек, нервов защитные функции организма слабеют ежедневно, страдает иммунная и эндокринная системы, наблюдаются перепады настроения, а от запущенного невроза и проблемы на физическом уровне: обострение хронических болезней или получение новых. Первое время, вероятнее всего по привычке, как в конвульсиях, ты пытаешься так же в суете прошедших дней работать, звонить, навязываться, быть палачом, жертвой, спасителем…  И только отбросив всю суету, отдышавшись от длительного изнуряющего бега, начинаешь задавать себе те вопросы, от которых бежал. Это означает маленький шаг, но шаг вперёд. И за небольшие шаги мы платим большую цену, зато сильнее ценим то, что нам дорого досталось.