BAGEERA (bagee) wrote,
BAGEERA
bagee

4000 километров за 12 дней (часть 2): Калуга и Оптина Пустынь

Путь из Рязани в Калугу не близкий, я очень надеялась поспать в автобусе. К сожалению, добираться мне пришлось транзитом через Тулу и со мной рядом сел пьяный зэка, судя по проглядывавшим татуировкам посидевший в жизни прилично. Старалась утихомирить вежливо, видя в нём несчастного человека по примеру святых отцов и подвижников, в глубине души старалась не осуждать, а понимать, перетерпеть и утешить словом, усмирить, договориться. Это чудо даже спало на моем плече и крепко держало руку. Ну ладно, ведь это же несчастный человек, проспится, может позже постыдится. Но когда оно начало меня лапать – в ход от меня уже пошли угрозы физического насилия. А я дважды не повторяю. Когда он распустил руки во второй раз – получил мощно в морду со словами: «А ведь я предупреждала». Мне безумно хотелось спать, не давала покоя бдительность – всё ж ценности, билеты, золотое кольцо и деньги у меня имелись. Невзирая на всё это очень не хотелось осуждать этого опустившегося человека, но и не хотелось с ним драться, не люблю я это. Отхожу потом от таких потрясений долго. В итоге я влипла в окно, подгребла все свои вещи и на любые его обращения ко мне не реагировала. А сама до самой Калуги думала: вот сейчас от многих слышу, что вокруг только зло и агрессия. А что делать, когда только это и понимают и совсем не понимают по-человечески? Тем временем сон как-то сам улетучился, остался изможденный мозг без сна, который понимал, что в пятницу вечером рискует не уехать автобусом до Калуги. Так и вышло.
До глубокой ночи засиделась я в привокзальном баре с хорошей музыкой, планировала бюджет и маршруты, переоделась в чистое в дамской комнате и даже умылась. В 5 утра у меня был автобус до Калуги, поэтому искать хостел уже не было смысла. Автовокзал в Туле круглосуточный, поделён на две части. Вот в дальней его сторонке я и прикорнула на три часа, под головой рюкзак, а ноги на соседнем ряду. Голову держала на руках, от этого руки немеют, поэтому ты провалиться полностью в сон не можешь. Спишь как бы в полусне. Причины ведь понятны – вещей хоть и не много, но важны для меня. Особенно сумка с фотоаппаратом и документами.
Прибыла в Калугу субботним утром, успела осмотреть город. Дальше душа моя словно трепетала. Ведь я еду в Козельск, где находится мужской монастырь Оптина Пустынь. Когда была в Белгороде, то перед поездкой всю ночь смотрела видео с сайта о новомучениках оптинских – иеромонахе Василии, иноках Трофиме и Ферапонте. Путь к святыне всегда нелёгок, поэтому в автобусе меня немного приморозило, да и сама погода переменилась немного. Мне было и страшно, и трепетно. Я не знала ничего – ни как размещаться там, ни куда регистрироваться идти вновь прибывшим.

Вид_монастыря_с_высоты_птичьего_полета,_Оптина_Пустынь

После шести вечера я зашла в главные ворота. Увидев, что все иконные лавки закрыты, я сразу же пошла в храм. Народу было много, рюкзак давил мне плечи и тянул вниз. Спрятала его рядом у стенки и стояла на вечерней службе. Часа через два уже от 4 почти бессонных ночей и общей усталости мысли мои уже не слушали богослужения. Я всё думала: «Куда ж мне пойти? Где ж мне разместиться? Вообще, у кого что узнать, и есть ли места в гостинице?» А сама смотрю на раки с мощами преподобных старцев оптинских и на их помощь надеюсь. И не успела я подумать обо всём этом, как подходит ко мне паломница, представилась Галиной, женщина на вид о 35-37 летах, участливо спрашивает, что мол-де, не нашла я где остановиться и где я буду ночевать? В храме? Я оторопела… Назвать случайностью это не могу, потому что в совпадения не верю.
Так мы с Галиной и держались рядышком. Умылись в доме паломника (она там когда-то останавливалась), рассказывала о себе, сводила к источнику и показала, где скит. Потом мы вернулись в храм, примостились на небольшую лавочку. Начали выстраиваться очереди на исповедь к батюшкам. Да долго один человек исповедовался, минут по 40-50, а то и час. И все стояли на коленях. И тут, видя пример особого служения людям, внутри меня что-то переворачивается. Смотрю на священников, на обстановку храма, на паломников, на кающихся, затем на часы и снова на священников. Закончили они только в начале первого, наверное только потому, что каждому монаху пришла пора исполнять свои келейные или монашеские особенные правила. Людей было очень много: и тех, кто стоял в очереди на исповедь, и не успевших исповедаться, и оставшихся ночевать в храме. Я стараюсь не выключаться, но в минуты сонной слабости уже начинаю роптать, мол, ну когда же я уже спать лягу. И тут же содрогаюсь от какого-то своего внутреннего крика души, которую рвало на части. Она говорила мне: «Посмотри, какой подвиг совершают монахи! И не просто по выходным или изредка, а ежедневно много десятилетий подряд!» И тут я понимаю, заглядывая внутрь себя, что всё мною достигнутое, внутренний подвиг, к которому я шла последние полтора, а то и два года, которым я возымела наглость возгордиться – это одна песчинка на огромном пляже, это капля в огромный океан. И когда я искала утешения в людях, я ошибочно цеплялась за них, а потом убегала от них же, не в состоянии дать им же такой живоносный источник, какой искала в них (и не находила).
Нам братия выделила карематы (подобие туристических ковриков), спали мы с Галиной на каменном полу, у раки с мощами, чуть правее амвона. Засыпаешь, а над тобой храмовая роспись, лики… Ориентировочно, уснули мы все в храме часа в два ночи ,а проснулась я уже в 4 часа утра от какой-то возни, тычков в спину и леденящего ощущения – может это мой сонный мозг что-то воспринял как тычки, а может это так меня Галина будила, я уже не помню. Проснулась, приподнялась и поняла .что спину от холода не чувствую. Вокруг уже копошатся проснувшиеся, послушники и братия. А чуть позже открыли мощи самого Амвросия Оптинского, и все паломники смогли приложиться к ним. В их числе и я. Посидели мы с Галиной на тех же лавочках, я приходила в себя от шока прожитой ночи и всех новых мыслей и событий, немного поговорила с Галиной и попрощавшись, ушла. Галина собиралась оставаться дня на три, а я этим же днём собиралась уезжать. Это было воскресенье, народу в Оптиной к утрене набралось ещё больше.
Мне безумно хотелось в горячую ванную, хотелось кофе, хотелось спать, хотелось снять мешающее облачение, хотелось разрыдаться от чего-то щемившего в душе... Но я поняла, что это искушения если не бесов, то страстей наших человеческих по немощам нашим. И вот я ушла из храма, поблагодарила старцев и Господа за всё управленное сегодня, за поездку и за то, что разрешили мне по моему дерзновению всё же добраться и воочию увидеть Оптину. Потом я походила по территории, по кладбищу. Видела колокольню, где убили монахов, подкрепилась просфорами. На душе стало чуть веселее и теплее. На улице между тем утром было туманно и холодно, зато спать не хотелось, а дрожь пробирала. Затем пришла я к новомученикам в отстроенную часовню Воскресения Христова и просто стояла там, не имея понятия, достойна ли вообще я сейчас у них чего-то просить, ведь мне уже столько всего открылось. Стояла и смотрела на три креста, на вечную Пасху. Затем поблагодарила за то, что имею возможность стоять вот здесь. Единственное, чего дерзнула попросить – направить душу мою на путь истинный, чтобы нашлась она и терзалась больше, а ежели нагрешила, то каялась и больше не грешила.
От воды в источнике ломило зубы, скит был закрыт, а в иконной лавке я провела в очереди пару часов. Рюкзак стал ещё тяжелее. Ходила я и вокруг Оптиной, и по территории. Фотографировать не хотелось. Но понимала, что надо хоть несколько фотографий сделать. Везде были люди, руки тряслись от холода, а на душе было и тревожно, и радостно одновременно. Наконец, затариваюсь монастырским квасом на дорогу и немного подкрепившись постными варениками, покидаю территорию монастыря. Маршрутка уехала уже, до следующей полчаса. По разговорам мимо идущих людей я слышу про источник. Думаю, рубахи нет для купания, так пойду хоть посмотрю на него. Метров 350 где-то пройти надо было. Вижу деревянный домик, из него выходит Галина и говорит: «А там нагишом окунаются, так что если забыла рубаху – ничего страшного». Да, ещё Галина просила меня больше не делать татуировки. А я всего лишь ответила вежливо, что эти-то уже сделала. На том мы со случайной спутницей и помощницей навсегда распрощались.
Захожу в купель, минут 5 стесняюсь стою. А потом разделась, окунулась. Вернее, окунулась не сразу – разгоряченное тело по жаре в холодную воду 7 градусов пустило зайти только по пояс. Ну ничего, первый раз окунулась и ощутила лёгкость во всем теле, хорошо так стало. Окунулась через несколько минут и второй раз – все терзания успокоились, а по телу покалывало тысячами маленьких иголочек. Потом вспомнила, что советуют мысленно возить с собой близких людей, а когда окунаешься, представлять, что и их окунаешь. Сосчитать сейчас уже не смогу, но дерзнула я набрать тех, кого окунуть хочу… было тяжело окунаться, хотелось выскочить. Но я понимала, что этим погружением смываем мы грехи человеческие, оттого мне и тяжело – своих грехов навалом, а тут ещё и с чужими захожу. Но как бы ни было, окунаюсь и окунаю всех, а потом пару минут привожу дыхание в порядок – сжало как-то меня внутри всю, дышать нормально не удавалось. Но потом вернулась всё та же лёгкость. Причины всё те же. Пока я обсыхала, окунались женщины, некоторым я подавала руку – со страховкой оно психологически надёжней как-то. И очень приятно было оказаться полезной.
Вышла я к остановке, чудным образом собирали автобус частный в Калугу. Доехали быстро. За пару часов. Я первым делом ринулась в кассу, купила билет до Питера и решила вычеркнуть два города из своего маршрута. Забрала последний плацкарт до Питера и была этим счастлива. Дальше отправилась снова гулять по городу, пережевывала всё со мной случившееся. А потом огляделась по сторонам и поняла, что как минимум не на то и не туда я трачу силы и время. Хотя уже сейчас я не жалею о том, что побывала в маленьких городах, чтобы убедиться, что делать в них нечего. Надо стремиться к развитию, вверх, ввысь, а следовательно – в большие города. Сегодня, когда пишу эти строки, понимаю, что неважно, куда ты едешь – порой нужна просто сама дорога, как отвлечение, как возможность подумать или отпустить то, что накрывает тебя дома. Да и если мне выспаться и отдохнуть – я и в маленький городок поеду.
Ловлю такси, потому что железнодорожная станция Калуга-2  находится за городом и автобус туда только по расписанию. Вот честно, ЗАБОДАЛИ меня за всю поездку разделением станций – первая, вторая, новый вокзал, старый вокзал… Тихо, спокойно... Калуга, прощай, я уже уезжаю…

Tags: Паломничество, Религиозное, Случаи из жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments