BAGEERA (bagee) wrote,
BAGEERA
bagee

Продолжение про школу

О школе и музыке
Я уже писала о том, что в школу мне никогда не хотелось. Когда все же мне пришлось туда пойти учиться, по системе 1-3 я перепрыгнула четвертый класс и пошла сразу в пятый, чему неслыханно была рада — на один год меньше тереть штаны о некачественную бело-салатовую краску. Эта краска оставалась везде, только не на столе и стульях. Краска оставалась на жопе, на локтях, на коленях, на обуви... Обсуждение начальной школы я пропущу, детские взаимоотношения и глупости особенным ничем не отличались. Разумеется, любимчиков целовали в жопу, кого-то хаяли, хвалили тех, кто таскал подарки руководителям. Не без этого. Зато уже начиная с пятого класса я стала мечтать о девятом, выпускном. Я ненавидела школу, она отвечала мне взаимностью. По сей день не скучаю ни по одному закоулочку, ни по одной физиономии — ни учителей, ни одноклассников. Все дети, и млад, и стар, и суперстар.

Почему я ждала момента выпуститься на все 4 стороны? Не ради свободы от долбаных школьных стен и признания собственного статуса «выше». Но и ради того, чтобы оказаться среди других, НОРМАЛЬНЫХ, людей. Мне так казалось. К сожалению, как нам твердили, школа — это то место, где человек социально закаляется. Остальное типа фигня, а вот там — первый опыт и самый важный. Ога, хорошо. Именно с начальной школы я ненавижу музыку. Преподавал у нас ее Гребцов Дмитрий Василич. Или димавася, как мы его звали все. Вечные психи, взвизгивающий халтурящий баян и сжатые челюсти, что аж скулы бегали. Сраная музыка под баян у нас была до 9 класса включительно. Информатики не было, зато была музыка. Сорок минут в неделю хватало мне, чтобы все эти годы страдать сорванным голосом, вечным фарингитом. Надо на музыке орать. Под орущего на тебя истеричку-учителя с баяном. Директор держал музыку как обязательный урок только потому, что у нас в школе был «Родничок» - ансамбель народных песен и плясок. Те, кому нравилось петь народное и ездить по славному Святому Помидорью — те записывались в любимчики абсолютно всех. Принадлежность к банде Родничка являлась свободным билетом к лояльности. Нет, я не завидовала никому и не завидую сейчас. Но урок, который обязан прививать за 40 минут у ребенка любовь к музыке, действовал диаметрально противоположно. Одному человеку в классе нравилась музыка. Остальные, как и я, ее ненавидели. Конкретно я ненавидела еще и те моменты, когда нас каждого учитель вытаскивал танцевать в центр круга, но не указывая на ошибки как опытный тренер, не объясняя и показывая как правильно, а поднимая весь класс на смех, с психами и криками. Вот, кстати. Музыку у нас изначально вела совсем другая учительница, с тем же баяном, но спокойная, отзывчивая. На ее уроках было интересно. Мы пели что-то детское, а не ивушка-не-очень-зелена (про жалкую горькую судьбу девушки, которая не выйдет замуж потому что уже младшую жестокая мачеха посватала раньше). Скажите, куда 8-9 летнему ребенку догадаться об этом? Мы ж не философами рождаемся.

Ближе к выпускному 9 класса у учителя музыки что-то в жизни сломалось, он стал меняться. Менялось и отношение его коллег к нему в худшую сторону. Наверное, он пытался восстановить собственную репутацию, чтобы удержаться на работе. Он стал нам давать под запись афганские песни и кое что сам изображал на гитаре. К слову сказать, на гитаре он умел играть всегда. Нам такие уроки музыки, без ёбаного баяна, нравились больше. Некоторые, и я в том числе, даже стали приходить к учителю, чтобы научиться играть на гитаре. Но гитарный учитель из него никакой, а из нас — никудышние ученики. Поэтому сию затею мы все быстро забросили. На балалайке же он пытался нас научить играть ровно один день — чисто по приколу. Многие удивлялись, что музыка теперь проходит без баяна. Да и возвращаться с баянным песенкам уже никто не хотел. Гитару я любила всегда. Я стала любить и уроки музыки. Но я стала еще больше ненавидеть методику работы димаваси: спрашивается, какого *полового органа* мы не занимались так раньше? Какого хрена псу под хвост столько драгоценного времени? И привитое чувство отвращения к гармошкам и баянам. Я их в обычной жизни если вижу или слышу — рвотный рефлекс одолевает.

О насущном. Все мы родом из детства. И во взрослой жизни очень тяжело вытаскивать из себя зажатость и, если хотите, комплексы. НО именно поэтому я не люблю танцевать, тем более не люблю находиться в круге (будь то танец, хоровод или просто пристальное внимание). Именно поэтому я не люблю петь в больших компаниях, да и впринципе петь. Именно поэтому я не люблю под гитару дворовые и афганские песни — они напоминают о том безвозвратно потерянном времени. ДА, у меня появилась гитара гораздо позже, у меня было несколько песен, сбитая оскома и запылившийся чехол в углу. Потом перегорело и прошло. Но всё могло быть иначе.

Об истории.
Историю приходилось зубрить. На уроке с честной совестью рассказываю и объясняю все по-порядку, дабы показать себя прилежным учеником в глазах учителя, но нарываюсь на плохое настроение, меня в грубой форме одергивают, задают вопрос другому ученику и потом ругают меня за то, что я тяну время и нихрена не готовлюсь. Я на это спокойно отвечаю, что всегда готовлюсь хорошо, разбираю все досконально и могу по любому заданному вопросу дать развернутый ответ. Для проверки, конечно, меня учитель погонял немного вопросами, но усадил на место со сниженной оценкой. Мол, будет уроком, чтоб не умничала. На плохое настроение я ответила, что при таком отношении самого учителя учить историю как-то не хочется. Меня поставили в угол до конца урока. Но больше историю я не учила и не воспринимала всерьез. Ровно как и не воспринимаю ее всерьез по сей день. Не запоминаю какие-то нужные или важные события, факты и прочую ересь. Моя голова напрочь отказывается принимать историю. И называйте это как хотите — ущемленное детское самолюбие, обида или гордость — я не обиделась на учителя тогда. Я всегда считала, что мы приходим не учителю рассказывать о чем-то, а учимся у него. Учитель для меня всегда был неким чуть ли не божеством, наставником и проводником, который подает нужную нам информацию. На том уроке истории я не нашла обоюдной заинтересованности. Да, знаю, нас много, он один, ах он бедный несчастный. Но, извини дорогой, ты знал куда идешь. И если у тебя плохое настроение, то приди и отработай спокойно свои гроши. Никто тебя не съест, а второклашки тем более. Зачем переходить на грубость? Итог — с разными учителями истории у меня были одинаковые проблемы — меня история как предмет не интересовала, но надо было получать аттестат с отличием. Поэтому я просто тянула лямку дальше.

Химия? А у нас ее попросту не было. Когда пришла какая-то практикантка, она показывала нам опыты. Было забавно. А когда пришла шустрая говорливая тетя, я не успевала соображать и не очень-то шарила в химии. На дополнительные занятия я к ней приходила, даже договаривалась за деньги заниматься, но она за деньги отказывалась. Говорит, что не практикует платные занятия. Я приходила, она давала задание, я решала. Вопросов не задавала, потому что соображала сама и делала с первого раза все правильно. Учительница тогда спрашивала: «А в чем тогда дело на уроках?» Я грю: «Вы холерик, а я меланхолик. Я за вами не успеваю». Она оценила юмор и пообещала, что если я и дальше буду стараться учиться, то с химией в итоге проблем не будет. Я старалась. Иногда посещала БЕСПЛАТНЫЕ (по-прежнему и удивительно) допзанятия. Проблем не было. Личных тем более. Кстати, ни у кого не было с этим учителем проблем. Она не выделяла своих и чужих. Она ко всем относилась одинаково нейтрально.

Физра. Пипец какой важный предмет, вернее урок.
Я ничем не выделялась среди сверстников. Бегала средне, нормативы сдавала, СУЧИТЕЛЯМИ (*без пробелов*) не спорила, играла, выполняла, слушалась, на конфликт не нарывалась. Мне было пофиг, но физру я тоже ненавидела. Не прельщали меня игры, никакие. Особым талантом к поведению в команде я не обладаю и по сей день. Я сама по себе. Так вот забавно получилось, когда я после долгой болезни договорилась с учителем физры все нормативы сдать, все пропуски по-нормальному чтобы отработать и получить в четверти итоговую хорошую оценку и не испортить общую картину итогов по четвертям. Как ни крути, во многом учеба давалась не всегда легко, и щас поймете почему.
Неожиданно получаю обухом по голове — снижена оценка в четверти. Иду разбираться. Мне физрук, Ерзов Александр Сергеич, он же «саныч», мямлит невнятное про то, что девочки вот скажут... Какие девочки, до сих пор неясно. Я разбираюсь через классрука, подключаю родителей. Классрук тоже в ответ мямлит что-то тряпичное. Дело дошло до скандала и завуча, но т. к. директор болел, завуч замяла это дело, что мол все оценки выставлены уже и невыгодно что-то там переоформлять. Я затаила злобу на физрука и заебывала его аж до самого выпуска. Нет, я не пакостила, не скандалила. Я с начала семестра узнавала, какие нормативы надо сдавать, затем когда сдавала — записывала дату себе, свой результат и ответ учителя на этот результат. Если мало — пересдавала пока не сдам. Для примера записывала результат «потенциально подозреваемых девочек» которые что-то там скажут и следила, пересдавал ли кто что и кто что делал на уроках. Каждый раз мы обменивались испепеляющими взглядами с физруком. Наверное он понимал многое без слов. Классрука я в известность тоже поставила, что делаю вот так и не дай бог на меня физрук чё вякнет. Не вякнул, спасибо. Тем более 8 и 9 класс я начала посещать платную секцию тхэквондо, чисто для себя. И в случае чего напоминала, что могу принести подтверждение успешных занятий. В нашем классе и в параллельных никто больше единоборствами не занимался. И это был мой первый шаг в твердолобость и упрямство. Тем более я доказываю и по сей день свою правоту, если знаю, что права и уверена в этом. Так, из принципа.

Труды. Контроль или готовка? Поделки или шитье?
Шить на ручной машинке на трудах ненавидела. Ровно как и соглашаться с мнением большинства, сидя на бочке ожидания — если сегодня ничего не готовите, то пишем контрольную. Ну какая вам разница, когда ее написать? Написали и занимайтесь ерундой дальше, выискивайте рецепты, делитесь мнениями, а не придумывайте на ходу и не бегите в магазин перед трудами заранее, чтобы на еще одну неделю оттянуть работу мозгами. Кстати, не только поэтому, но готовить я не люблю. Я не изобретатель новых рецептов. Многое уже придумано не нами и до нас, блюд и кухонь многообразие. В плане готовки я не экспериментатор: когда хочется жрать, а от неправильного ингредиента испорчено все, тогда бывает досадно. А жрать с той же силой хочется. Поэтому предпочитаю доверять проверенным собранным знаниям. Украшать люблю блюда, люблю смотреть, как придумывают что-то красивое. Наверное поэтому мне никогда не было сложно на трудах придумать и сшить новую игрушку. Да и не мешал никто с советами - попросту не знали, что я делаю и как. Знаете, очень полезно, когда другие не знают, что ты делаешь или как выглядит весь твой процесс работы. Иначе столько советчиков и знатоков найдется — аж тошнить станет. Не исключаю, что это важная причина моего не-посещения факультативов и кружков по рукоделию. Если мне надо — я сяду и сделаю. И чтоб никто не мешался. А в куче, когда за партой впятером тесно, шум, гам, инструменты нужные берут без спроса малознакомые бестактные детки — смысл тратить на это два-три часа собственного времени, когда дома я это же могу сделать за 15-30 минут? Вот и не сложилось снова у меня с кружком умелых ручек и коллективной работой. Что-то делать сама без посторонних я люблю и по сей день. А если чего не умею — рискую пробовать и не пасую от незнания. Проще отказаться со словами «Ой, я не умею», чем взять и разобраться. Сейчас интерес к созиданию не пропадает, а даже наоборот — уж очень воспаленное воображение. Не приписываю заслуги все учителю трудов, но с уверенностью могу сказать — эта милая женщина, Людмила Ивановна, уж простите фамилию запамятовала, не отбила всю охоту заниматься творческим рукоблудием с самого детства. Во многом сказанные между делом ее слова я вспоминала уже во взрослой жизни, когда надо было что-то сделать. Учительница охотно делилась с тем, что она делала дома, где читала чего или что ей сделал сын, чего придумал, из чего старого чего переделал. А я запоминала. И с уверенностью сейчас могу сказать, что учителем труда в школе я в крайнем случае бы смогла работать. Разве что ненавидела бы уроки с готовкой по-прежнему.

Информатика.
Которой тоже не было. Нам твердили, что компьютеры морально устарели и не надо нам голову забивать ими. А знаете, лучше было бы забить. Алгоритмами, блок-схемами, хоть какими-то знаниями. При переходе на новые машины это бы чувствовалось. Я вообще выходя из школы выпускником в глаза не видела компьютера. Но иной раз думаю, что может и хорошо, что у нас не было информатики. Потому что ее бы вела та же учительница, что и алгебру с геометрией. Замечу, что к царским наукам я никогда не тяготела. Геометрию я ненавидела больше, чем алгебру. Хотя в некоторые моменты одно было понятнее другого. От того, что вел оба предмета один человек, данные в башке порой просто смешивались. Стоит сказать ученикам 39 школы кодовое слово «гася» - им ничего другого больше не надо объяснять. Не знаю почему, но наверное когда человек выбирает профессию учителя, то он автоматически заводит по утрам пружину своего крика. Почему постоянно надо орать? Если сделать замечание, то орать. Если тебя бесит ученик, то завидев его в коридоре, надо начать орать на него. Зачем? Самоутвердиться за счет низшего и слабого? Так вот гася орала на всех. Без разбора. Не выучил, не понял, болтаешь, болеешь — похеру. На всех орать. Еще частенько она намекала, что надо бы некоторым тупым ослам и баранам походить на дополнительные занятия. А занятия были платными. Через определенное количество этих индивидуальных занятий агрессия успокаивалась. Наверное до тех пор, пока деньги не были потрачены. Потом все начиналось заново. Я себя тупым ослом и бараном не считала. Кроме того, уроки я учила исправно и долго, не тяп ляп. Я ни единого хорошего случая не помню, чтоб запоминался. Ровно как и не помню ничего плохого — все дни были одинаково ровные, состоявшие из бешеного крика. Самое забавное — теоретического материала я тоже нифига не помню, по той же причине бешеного крика. Срабатывал защитный механизм, желающий абстрагироваться от негатива. По все той же причине нет желания зайти в школу, поблагодарить или просто навестить. Многим одноклассникам крик не сулил перспектив будущего, однако ни один прогноз не оправдался. Повторю свой вопрос: зачем отбивать у человека любую охоту к познанию?

Про русский и литературу.
Забавная ситуация с учителем русского и литературы. Не сказать, что у нас были с ней конфликты, но и не все шло гладко. Я для нее была противоречивым парадоксом, с детским самодовольством. Я никогда не могла объяснить по правилам, но писала правильно. Так было дано природой. Я ненавидела читать, но любила писать. Особой нелюбовью обладали мои тетради с сочинениями, потому что я держала огромную 96-листовую тетрадь, писала длинные сочинения почти сразу начисто, не страдала никогда отсутствием мысли на заданную тему, но при этом успевала помочь одноклассникам и проверить их ошибки если надо. Невзирая на все это мою тетрадь учитель брал домой, читал внимательно сочинения, давал подробный разбор интересных моментов (она так со всеми учениками поступала, если были хорошие строки написаны). И при этом не припомню, чтобы мне объявлялась хоть какая-то война, бойкот и выдвижение собственных евойных требований. Литератором и учителем русского я не стану ни в жисть, зато страсть к писанине не убавилась, мало того — еще и не возбранялась, не доводилась до точки кипения. И хотя бы за это я уже благодарна ей, Посохиной Татьяне Алексеевне. У меня не было любимых уроков, но и к ней на уроки я идти не боялась. Не боялась быть непонятой, недопонятой или несправедливо обруганной. И это важно. И об этом я помню.

Я тут на днях на КиллМиПлизе прочитала историю, как девушка-практикантка готовилась к занятиям по русскому, составляла интересные тесты и упражнения с описанием телефонных гаджетов. И дети учились, детям было интересно. И запоминали правила они лучше, как если бы их секли розгами за непослушание. Из воспоминаний сейчас мною выстроен ассоциативный ряд с каждым из учителей или преподавателей (впоследствии наблюдала за преподавателями в колледже и универе). Замечу, что гораздо приятнее и интереснее учиться у тех, кто не орет, не скулит и не ноет, кто адекватен в своих действиях и может обоснованно мотивировать, почему так и не иначе.

Подводя итоги, скажу: ассоциативно со школой кроме ора, крика, негатива и неадеквата ничего не всплывает. Нет желания пойти и проведать тех, кому якобы мы обязаны началом своей дороги. Одно могу с надменной уверенностью заявить — я из всех тех людей никому ничем не обязана. Они ходили на работу и получали зарплату, другие делали то же самое, но делали это хорошо, с интересом для тех, кого учат. То есть делали свою работу хорошо или не плохо хотя бы. Возвращаться осознанно и по доброй воле в те стены, из которых так хотелось вырваться — выше моих сил. Я тянулась за хорошими отметками в поте лица, в старании, и по парочке еще других причин (со школой и учителями не связанных), дабы получить аттестат с отличием и поскорее свалить из школы. Хотя бы просто ради того, чтобы сменить один казенный дом на другой и получить статус хотя бы студента, а не школьника. Разумеется, от статуса студента мне предстояло еще избавляться 10 лет, а это гораздо длиннее 8-летнего школьного образования. Разумеется, мне очень не хватало информатики, нормальных знаний алгебры, геометрии, химии и черчения, но еще больше мне не хватало адекватного и по-настоящему ВЗРОСЛОГО отношения к себе. В первую очередь по-человечески. И с каким удовольствием я ходила на пары к тем преподавателям в колледже, в лице которых я нашла то лучшее отношение, к которому стремилась. Небо и земля. Все познается в сравнении.
Tags: Личное, Мысли, Случаи из жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments